Сегодня — день рождения Романа Эмильевича Арбитмана (1962-2020), писателя и критика. После смерти Лема он писал, в частности, о "Футурологическом конгрессе":
В повести цивилизация достигла такого края, что проблема её практического выживания перестала что-то значить: поздно, доктор Айболит бессилен, пора звать доктора Кеворкяна. Перенаселённость, неурожаи, ледник сделали чёрное дело. Теперь выбирать можно лишь между хосписом и мучительной смертью под забором.
Знаменательным в связи с этим выглядит монолог хемократа Симингтона, с коим он на последних страницах повести обращается к прозревшему главному герою: "Мы загнаны в угол, играем картами, которые раздал нам жребий истории. Мы последним доступным нам способом даём утешенье, покой, облегчение, с трудом удерживаем в равновесии то, что без нас рухнуло бы в пропасть всеобщей агонии... Если миру суждено погибнуть, пусть хоть не мучается".
Вам эти слова ничего не напоминают? Ну конечно: "Мы не спасём цивилизации, мы даже не отсрочим её гибели, но мы дадим... миру умереть спокойно и торжественно... Мы бессильны остановить вымирание. Мы должны суровыми и мудрыми мерами обставить пышностью и счастьем последние дни мира".
Угадали! Тускуб. "Аэлита". Повесть Лема помогает по-новому взглянуть и на популярное произведение отечественной фантастики. Образ Аэлитиного папы перестаёт быть плоско-отрицательным. В повести Алексея Толстого красиво-самоубийственный Тускубов план оказался единственной альтернативой народному восстанию под руководством пришельцев Лося и Гусева, имеющему целью "присоединение к Ресефесер планеты марс". Из двух зол приянто выбирать меньшее. И ещё бабушка надвое сказала, что лучше — плановый закат Марса или красный рассвет...
Фото Юрия Репина